Российское меценатство. Историческая традиция и современное содержание

Автор: , 12 Апр 2012

«Нравственное богатство народа  исчисляется памятниками душевного бескорыстия»

                                                                                                                                    В.О.Ключевский.

 

«Для того чтобы процветало искусство, – писал К.С.Станиславский, – нужны не только художники, но и меценаты»  Данное утверждение нельзя отнести только к разряду благородных жестов в адрес российских промышленников и торговцев, из среды которых происходил и сам Константин Сергеевич. Скорее, наоборот – Станиславский выражает мнение другой стороны, усматривая во взаимосвязи меценат – искусство логическое обоснование расширения возможностей для развития творческого процесса.

     История российской культуры богата примерами, подтверждающими истинность его слов. Частная инициатива в лице Строгановых, Демидовых, Щукиных, Бахрушиных, Морозовых и многих других сохраняла, преумножала и способствовала получению признания многих явлений отечественной культуры, которым суждено будет стать национальной гордостью.

Сейчас идет активная работа по восстановлению несправедливо замалчиваемых фактов из истории российского меценатства. Многочисленные статьи в периодической литературе, публикация мемуаров и монографических исследований, выставки и  открытие музеев  воздают дань уважения потомков к делам российских подвижников культуры. Наиболее отрадно, что этот интерес носит в целом не праздный характер и не ограничивается юбилейными чествованиями и прениями научных конференций. Традиции российских меценатов продолжают в настоящее время фонды, ассоциации и общества, ставящие своей целью поддержку отечественной культуры в самых разных её сферах. Правда, нельзя не признать, что их количество пока ещё ничтожно мало для того, чтобы ситуация в культуре получила тенденцию к изменению в лучшую сторону. Нельзя не увидеть, что шумные действа под вывеской благотворительных акций, претендующие на национальный масштаб, так и остаются действами в границах узкой территории и для избранного круга людей.

Безусловно, Россия начала XXI века иная, чем во второй половине XVIII века, когда традиции меценатства только обретали своё содержание, утверждали общественный авторитет деятельного участия состоятельных людей к нуждам искусства и науки. Не так много аналогий сегодняшним историческим реалиям в экономике, да и в самой культуре, если искать сравнения с рубежом XIX-XX веков, временем, когда союз мецената и искусства был, вероятно, наиболее плодотворен, даровав русской культуре бесчисленные примеры творческих открытий и художественных свершений. Возрождаемая сегодня благородная традиция, безусловно, требует новых форм, которые далеко еще не обрели ни внутренней логики, ни стабильности, ни достойного места в «скитаниях» современной культуры. Художественная и научная общественность с чувством какой-то ностальгии призывает «новых русских» равняться на Мамонтовых и Третьяковых, хотя, кажется, сама мало верит в то, что они действительно (если не сегодня, то уж завтра точно) придут и выступят не в роли разыгрывающих свою карту спонсоров, а в роли подлинных благотворителей.

В чем же состоит это истинное понимание благотворительности? Каков характер и качественные параметры покровительства наукам и искусствам, чтобы они были выражением действительно меценатства, а не какого либо другого участия?

Знание прошлого и настоящего российского и, конечно, мирового филантропического опыта облегчает поиск и выбор. С этой точки зрения можно только приветствовать исследования, ставящие своей целью не только обобщение исторических фактов, но и разработку предложений в поддержку отечественного меценатства. Следует, однако, заметить, что преследуя цели системного обобщения,  исследователи мало внимания уделяют национально-исторической специфике российского меценатства, допускают упрощенно-обобщающий подход и к самому понятию «меценатство». Данная тенденция приводит к детерминации понятийных границ и, как следствие, произвольным трактовкам, неоправданному расширению данного явления в современных условиях. Параметры одного историко-культурного феномена оказываются приложимы и к П.М.Третьякову, и к какому-нибудь новоявленному «господину», изо всех сил стремящемуся играть модную роль просвещенного нувориша, от щедрот бросающему сегодня несколько сотен рублей на проведение дискотеки, и несколько тысяч завтра, на ультрасовременный художественный проект. Конечно, и во времена Третьякова хватало тех, для кого меценатство было средством удовлетворения честолюбивых амбиций, способом вуалирования своей безвкусицы и невежественности. Однако история все расставила на свои места, и именно Третьяков для своего времени, как Строгановы для своего, стали теми ориентирами, по которым мы сегодня пытаемся выверить наше отношение к благотворительности.

Данное сообщение не претендует на полноту освещения проблемы. Автор ставит более скромную и посильную задачу: на ряде примеров показать, что российское меценатство имело свои особенности и характерные черты, складывавшиеся исторически, которые нельзя игнорировать, если речь идет об истинном возрождении национальных традиций.

Учреждение Российской Академии художеств в 1757 г. стало тем событием, в котором впервые открыто и полно нашло выражение желание людей «к приобретению большего внимания, уважения и покровительства искусствам» на отечественной земле. Можно смело считать, что именно отсюда ведет свою родословную российское меценатство, постепенно перерастающее из отдельных актов дарения, поддержки и благотворительности в новый качественный уровень, где их неразрывность и взаимодополняемость – суть условие существования самого меценатства как явления, имеющего масштаб культурного феномена.

Особо следует подчеркнуть, что меценатство в данном случае выступает не только как факт, который можно связать с гуманитарными и этико-моральными установками Просвещения, но и как свидетельство важнейших перемен в среде российского дворянства, заявившего свои права на духовную автономию и личную инициативу. Не государство и императорская власть, а Иван Иванович Шувалов подал пример современникам, продемонстрировав зрелость гражданской позиции и истинно патриотичное служение национальной культуре. Именно Шувалову, а не Екатерине II, даруют позднее благодарные потомки почетный «титул» первого российского мецената.

История меценатства с этого времени – история, тесно переплетенная с судьбами национальной культуры. Будут меняться в искусстве художественные вкусы и стилевые приоритеты. Коллекционерские пристрастия дворян XVIII в. пойдут через аукционы в частные собрания московских и петербургских буржуа. Менталитет дворянского покровительства уступит место широкой общественной филантропии купцов и предпринимателей. В прихотливой изменчивости времени далеко не всегда идиллическими будут и взаимоотношения между искусством и его покровителями. Однако в этом калейдоскопе сменяемых оппозиций главным и определяющим все же окажется не различие положений, а единство творческого духа, не коньюктура сиюминутных интересов, а панорамное видение национальной культуры. Поэтому рядом с архитектором А.Н.Воронихиным будет А.С.Строганов, оказавший самую решительную поддержку смелому проекту Казанского собора. Активная общественная позиция Товарищества передвижных художественных выставок будет поддержана подвижнической деятельностью Павла и Сергея Третьяковых. Новаторские поиски молодых мирискусников найдут отклик у М.К.Тенишевой и С.И.Мамонтова. Музыкальные таланты Римского-Корсакова и Ф.И.Шаляпина будут поддержаны смелой инициативой С.И.Мамонтова и организаторским гением С.П.Дягилева.

Важнейшими системообразующими слагаемыми, определившими содержание российского меценатства на всем протяжении его пути, на взгляд автора, являются следующие:

- Радение о национальной культуре. Не просто забота и внимание к ней, а именно в таком понимании, как это определяет словарь Даля: «старательное и усердное желание хлопотать с душой». Качественная характеристика, определяющая настрой и отношение к национальной культуре той социальной группы, которая не только может, но и что особенно важно, желает взять на себя устроение её судеб.

- Радение о национальной культуре, как действие бескорыстное по преимуществу. Вкладывание средств в культуру не рассматривалось как возможность извлечения прибыли и саморекламы. Вот лишь один пример именно такого понимания меценатства. В письме студенток Высших курсов им. П.Ф.Лесгафта, благодаривших Н.В.Мешкова за финансовую поддержку их учебного заведения в трудную минуту, читаем: «Дорогой Николай Васильевич! …мы узнали, что, пожертвовав нам деньги, Вы пожелали остаться неизвестным. Но, тем не менее, мы не можем не выразить Вам своей искренней и глубокой благодарности за то большое и доброе дело, которое Вы сделали, за то, что своим пожертвованием спасли наши курсы и дали возможность пережить этот трудный год». Этическое содержание содействия культуре имело для современников не последнее значение.

- Однако наличие стремления что-либо сделать для отечественной культуры и желание делать это бескорыстно ещё не значит приносить ей ощутимую пользу. Меценатская деятельность М.А.Морозова, П.М.Третьякова, А.А.Бахрушина и многих других отличалась профессионализмом. Это профессионализм особого рода, который невозможно раскрыть только через определенные умения в каком-либо из видов искусств (хотя и это имело не последнее значение). Профессионализм в меценатстве это еще и обладание особым даром инициативы, интуиции видеть и делать то, что для отечественной культуры имело непреходящее значение. Профессионализм с этой точки зрения равен таланту. Ю.М.Васнецов в своих воспоминаниях специально подчеркивал, что «Савва Иванович Мамонтов не был в тесном смысле художник, певец, или актер, или скульптор, а была в нем какая-то электрическая струя, зажигающая энергией окружающих. Бог дал ему особый талант возбуждать творчество других». И еще одно важное замечание о таланте мецената. Ему, как и таланту художественному, далеко не всегда находилось понимание у современников. Однако истинный меценат имел силу воли и твердость характера, чтобы идти «против течения». Преодолевала косность властей разного ранга на смоленской земле М.К.Тенишева, слыли «чудаками» за свои коллекционерские и театральные интересы в купеческой среде М.А.Морозов и С.Т.Морозов, гигантские усилия прилагал для преодоления чиновничьих рогаток Н.В. Мешков.

- Принципиально важно то, что меценатство в России шло рядом с благотворительностью на ниве просвещения. Деятельное устроение российскими меценатами новых школ и училищ, выделение субсидий на стипендии студентам, многочисленные фонды в помощь учащимся и, наконец, финансирование строительства новых институтов и университетов было делом обычным. Данная взаимосвязь – свидетельство того, что меценатство не ограничивается только интересом к результатам профессионального искусства и науки. Меценатство – это ещё и всемерная забота о максимальной доступности культурных ценностей и благ для самых широких слоев и групп общества.

- Исключительно важно отметить и то, что подлинная меценатская деятельность не носит разовый характер, не проявляется в случайных или разрозненных акциях. Только имея тенденцию к постоянству и системности, меценатство утверждает свою значимость в национальной культуре. Истории русской культуры хорошо знакомы не только фамильные художественные собрания, но и передающиеся от одного представителя рода к другому традиции благотворительности. Род Строгановых – один из самых ярких примеров. От церковных вкладов именитого человека Григория Дмитриевича, через просветительскую и коллекционерскую деятельность Александра Сергеевича и Сергея Григорьевича и других представителей этого рода было оказано колоссальное положительное влияние  на культуру всей страны.

Таким образом, меценатство в российской традиции проявляет себя только во взаимосвязи вышеперечисленных слагаемых, как комплексное явление. Используя терминологию из сферы искусства, можно и должно говорить о таком понятии как ансамбль, с присущими ему соразмерностью и взаимообусловленностью.

Ратуя за возрождение национальных традиций, предлагая способы и средства для поддержания отечественного меценатства в современных условиях, необходимо учитывать его подлинное содержание, которое сложилось в русской культуре исторически. Речь в данном случае идет не о «вредных и трудно реализуемых на практике отделения «истинных» меценатов от «неистинных», а о том, чтобы не подменять масштабных понятий явлениями случайного порядка и разового характера.

 

Подпишись на обновления сайта! Получай новые статьи на почту:
Понравилось? Расскажите друзьям!
Общайтесь со мной

About the author

Комментарии

Ваш отзыв